Художники и скульпторы представили в Венеции будущее планеты: 9 пронзительных арт-проектов

Нет ничего более парадоксального, чем привезти в город, где нет наземного транспорта, гигантскую скульптуру лошади, академически правильную, но в огромном масштабе. Высотой с трёхэтажный дом. Тем не менее на арт-биеннале-2017 в Венеции показывают самые разнообразные экспонаты, зрелищные и радикальные. Корреспондент Зелёного портала побывала на выставке и оценила современное искусство с точки зрения экологической проблематики.

13.07.2017 Вакол свету Аўтар: Любовь Гаврилюк Фота: Любовь Гаврилюк

«Проблема лошади», Аргентина

 

Размер имеет значение

Аргентина назвала свой национальный павильон в Арсенале «Проблема лошади», заставив международную публику задуматься о знакомом и таком значимом для человека животном. Кураторы, конечно, углубляются в историю и гуманитарные вопросы, глядя на человека и страну через своего рода призму — лошадь. Для художницы Клаудии Фонтес это животное, подвергающееся эксплуатации, занимает достойное место в истории, служит образом и шансом для естественной жизни в природе.

Павильон Австрии удивляет, пожалуй, ещё больше: художник Эрвин Вюрм поставил грузовую фуру вертикально, то есть на кабину, прямо перед павильоном.

«Остановись и посмотри на Средиземное море», Австрия

Только перевернув мощную машину, можно остановить человека с его технологиями/транспортом и бездумностью — объект так и называется: «Остановись и посмотри на Средиземное море». По приставной лестнице зрители поднимаются вверх. Море вообще-то Адриатическое, но, по сути, это настоящий жест художника и эколога в одном лице: экстремально остановленный транспорт, позволяющий взглянуть на проблемы окружающей среды не только Средиземноморья, но и более глобально.

 

Будущее планеты интересно всем

Одно из самых мягких по форме предположений о том, что всех нас ждёт, предлагает павильон Чехии и Словакии. Его не разделили после обретения странами независимости, и «Лебединая песнь сейчас» Яны Зелибской выглядит несколько патриархально: всего лишь виртуальное озеро в двух проекциях и виртуальные лебеди. С одной стороны — наивно, с другой — зловеще, это ведь всё оптическая иллюзия, нет этих озёр, и нет этих птиц.

«Лебединая песнь сейчас», Чехия и Словакия

На гравии Джардини, перед павильоном, зрителя встречает объект странный, но реальный: видимо, фрагмент того, что существует в действительности, в виде травы, верёвок, пластика и мусора. О связи с озером напоминают только зелёный и голубой цвета.

Проект, показавшийся мне наиболее жёстким, но фантастически зрелищным и тоже масштабным, — это убийственно хладнокровная картина «Магического мира».

«Магический мир», Италия

Итальянский павильон завершает маршрут по Арсенале — всё вместе это большая территория, где судоверфи, корабельные мастерские и оружейные склады трижды достраивали с XII по XVI века.

«Магический мир», Италия

Представьте теперь под этими сводами длинный пластиковый тоннель, по которому вы идёте мимо таких же пластиковых боксов: в каждом лежат останки людей, а рядом — металлические устройства то ли для оживления, то ли для дальнейшей утилизации человеческого материала. Но, возможно, это просто тот технократический мир, который пережил своих основателей. Перформанс, если хватит духу посмотреть, плюс ещё какие-то фрагменты, кости, инструменты и т.д. ясности не добавляют.

У Дании, в отличие от практически всех проектов, взгляд на будущее оптимистичный. Можно, конечно, сказать, что это утопия: архитектура, вписанная в ландшафт, цветы и кустарники в сопровождении графики, открытое небо над головой и бетон рядом с травой и деревцами.

«Театр светящейся тьмы», Дания

Художница Кирстина Ропсторфф назвала это «Театром светящейся тьмы», акцентируя внимание на переменчивом естественном освещении, которое действительно создаёт постоянные изменения в экспозиции. Искусственной и природной одновременно.

«Театр светящейся тьмы», Дания

Британский павильон, традиционно очень сильный и концептуальный, рисует будущее не столь мрачно, но тоже безнадёжно. Это брутальные объекты Филлиды Барлоу из камня, дерева, текстиля, гипса. У них тоже впечатляющие размеры и абсолютно не читаемый, не обитаемый человеком вид. «Folly» можно перевести как «безрассудство» и тогда понимать экспозицию как образ безжизненной планеты. Людей тут нет, а до них или после она существует, не столь важно. Тем не менее пространство действует на чувства и воспринимается даже рефлекторно: эти глыбы разглядываешь, в них есть какая-то загадка, напряжение, что-то манящее, что сложно сформулировать.

«Безрассудство», Великобритания

Другое видение будущего — у латвийского художника Микелиса Фишерса, который придумал тех, кто придёт нам на смену. Это, как он выразился, «постапокалипсические твари».

«Что плохого может случиться», Латвия

И с мрачным юмором он демонстрирует зрителю их повадки: они едят и пьют, занимаются любовью, куда-то едут, молятся деревьям. Неведомые пока существа изначально вырезаны из дерева и переведены в графический формат, подсвечены в лайтбоксах и выглядят очень элегантно. Если это уместное определение для постапокалипсиса.

«Что плохого может случиться», Латвия

 

Насущные проблемы

А вот Япония верна более злободневным темам. В «Turned Upside Down, It's a Forest» («Это лес, только перевёрнутый») Такахиро Ивасаки вы вначале входите, недоумевая. В центре павильона лежат на полу то ли отходы, то ли одежда секонд-хенд. Вокруг подвешены изящные деревянные макеты зданий. Неожиданно в куче одежды появляется голова человека, и вы вспоминаете, что видели очередь на 1-м этаже. Вот сюда она и ведёт — на нижний уровень 2-го. Понятно, что каждый оказывается среди замусоренного пространства, которое нужно понимать как бывший лес или исчерпанные ресурсы природы.

«Это лес, только перевёрнутый», Япония

Завершить свой короткий обзор я хотела бы старинной деревянной лодкой из Сингапура от Зай Кунинг. Павильон — удивительно красивый: не только лодка, но и множество свидетельств её взаимодействия с человеком, кусочков истории образуют как бы цикл жизни вокруг нее.

«Передача знаний», Сингапур

Это стратегия многих стран — показать аутентичные предметы или их элементы, не востребованные современной цивилизацией, но характерные для страны или определённого народа, региона, языка. Такие локальные ценности — природные материалы, ландшафты, животные и растения, климатические особенности — и идеи, с ними связанные, прекрасно понятны международному сообществу. Поскольку у каждого есть это наследие, повсюду оно нуждается в защите. У одних стран, например, нехватка воды и опустынивание земель, у других — неуправляемый рост отходов, химические загрязнения атмосферы, кризис урбанистики и утрата традиционного образа жизни. Каким-то образом художники умудряются эти явления проблематизировать, рассказать о них с помощью актуальных художественных практик или традиционных видов искусства. Как сказал на пресс-конференции директор арт-биеннале Паоло Баратта, «общество может попросить у художников помощи, и тогда дыхание искусства дойдет до сложной реальности».

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Художественное наследие 2016 года: ТОП самых ярких проектов с экологическими мотивами

Репортаж с XV биеннале в Венеции: как экология задаёт архитектурные тренды

Экология и искусство: Проблемы окружающей среды — в рисунках карикатуристов

Экология и искусство: Окружающая среда стала одной из главных тем на ярмарке «АртВильнюс»

ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 13.07.2017

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.