Наталья Минченко: «Я хотела бы, чтобы в Беларуси было больше экологических НГО»

Во втором за 2015 год номере журнала «Птушкі і мы» вышло интервью с начальником управления биологического и ландшафтного разнообразия Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Беларуси Натальей Минченко. В нём она рассказывает о своей работе, достижениях и огорчениях и о главных угрозах биоразнообразию. Зелёный портал публикует текст этой беседы с некоторыми правками и купюрами.

06.01.2016 Эксперт Аўтар: журнал «Птушкі і мы» Фота: Facebook.com

Всё детство маленькая Наташа провела на берегу Припяти в родном городе Наровля и мечтала о творческом мире кинематографии: фотографы, операторы... Потом был институт, диплом юриста, поиски работы и первые шаги в профессии в комитете рыбоохраны при Минприроды, поддержка мудрых руководителей. Так неожиданно в жизни Натальи появилась природоохранная сфера. Сегодня она — начальник управления биологического и ландшафтного разнообразия Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Беларуси. 

«Восстановление торфяников важно для всей страны»

— Наталья Владимировна, какие угрозы биоразнообразию в Беларуси самые актуальные?

— На мой взгляд, много внимания требуют вопросы устойчивого землепользования и ведения сельского хозяйства. Я вижу проблему в том, что всё больше людей переезжают в город, становятся далеки от земли, традиционное землепользование уходит в небытие. Это влечёт за собой зарастание лугов, утрату мест обитания для многих видов птиц. Не стоит забывать и о том, что в наследство нам достались результаты мелиорации и проблемы с нарушенными торфяниками. Для восстановления нарушенных экосистем, несомненно, нужно время и финансовые ресурсы. Есть ещё много проблем, но в большинстве своём они решаются. 

В нашей стране замечательное природоохранное законодательство, и в законах заложены механизмы, которые позволяют регулировать хозяйственную и иную деятельность. 

Например, в Законе «О животном мире» предусмотрены требования по созданию проходов для диких животных при строительстве автомобильных дорог. Так что развитие транспортной инфраструктуры может проходить с минимальным воздействием на животный мир.

— Какие достижения своего управления вы считаете самыми значительными?

— Мы добились увеличения площади особо охраняемых природных территорий (ООПТ): за последние несколько лет она увеличилась на 1% и сейчас составляет 8,7% от территории страны. Кроме того, наше управление всегда уделяло немало внимания формированию нормативно-правовой базы и её совершенствованию. За 5-7 лет мы внесли в законодательство много новых механизмов по сохранению биоразнообразия: редкие биотопы, национальная экологическая сеть, биосферные резерваты... За последние три года мы присоединились к трём международным договорам: Бернской конвенции, Нагойскому протоколу и Соглашению по охране мигрирующих водно-болотных видов птиц AEWA. Это ключевые моменты.

— Что ещё есть на повестке дня из разряда «важное, но пока не решённое»?

— В этом году мы разработали Стратегию и План действий по борьбе с деградацией земель, обновили Стратегию и План действий по сохранению и устойчивому использованию биоразнообразия с учётом задач, принятых в Айти (японской префектуре — прим. Зелёного портала). До конца года мы должны обеспечить принятие на уровне правительства Стратегии по сохранению и устойчивому использованию торфяников (уже вступила в силуприм. Зелёного портала) Для нас это серьёзная задача. Если примут этот документ, мы увидим, в каком направлении двигаться дальше и будем думать, каким образом и где искать ресурсы на восстановление нарушенных торфяников. Это важно для всей страны. Также сейчас мы тесно работаем с поляками и хотим реализовать совместный проект по сохранению зубра: создать трансграничную микропопуляцию, провести работы по генетике. Это интересный и нужный проект.

«Надеюсь, вопрос о торфе больше не будет подниматься»

— АПБ совместно с ПРООН реализовывала ряд крупных проектов по повторному заболачиванию и разработке планов управления по низинным болотам (Званец, Споровское, Дикое). Что сейчас происходит на этих территориях?

— Территории не выходят из-под контроля. Глобальный экологический фонд поддерживает нас: реализуются международные проекты. Кроме того, в рамках государственной программы по ООПТ также предусмотрены мероприятия по восстановлению нарушенных экосистем. По болоту Дикое сейчас реализуется совместный проект Франкфуртского зоологического общества, АПБ и национального парка «Беловежская пуща». В рамках нынешнего проекта «Торфяники-2» планируется проанализировать состояние повторно заболоченных территорий. Исходя из этого, будет понятно, что там нужно делать. Недавно я была под Червенем на нарушенном торфянике «Галое»: территория в хорошем состоянии. Учёные говорят, что должно пройти не меньше 10 лет, чтобы дать оценку повторного заболачивания. Но в любом случае все эти территории — в зоне нашего внимания.

— Больная и периодически всплывающая тема — добыча торфа. С одной стороны, нарушение гидрологического режима, с другой — рабочие места. Какую позицию занимает министерство?

— Минприроды совместно с НАН Беларуси и Минэнерго разработали Стратегию по сохранению и устойчивому использованию торфяников и схему распределения по направлениям их применения. Этот документ — компромисс всех вовлечённых сторон, благодаря которому ООПТ не пострадали. Кроме того, мы договорились не использовать торфяники, которые находятся в естественном состоянии или близком к нему. Надеюсь, благодаря этому документу вопрос о добыче торфа в контексте ООПТ больше не будет подниматься.

— В последние годы ухудшается ситуация с «Лебяжим» — заказником республиканского значения в черте Минска. Территорию сократили, вплотную подступают многоэтажки. Какой вы видите судьбу заказника?

— Позиция Минприроды касательно «Лебяжего»: заказнику быть. Да, есть нюансы по поводу границ и развития этой территории. К сожалению, в заказнике нет штатных сотрудников, которые постоянно следят за территорией. Но в любом случае положение о заказнике никто не отменял, и мы будем отстаивать его позиции. Такую территорию нельзя бросать на произвол судьбы. Каждая уважающая себя столица мира имеет кусочек природы, который важен как для сохранения биоразнообразия, так и для гармоничной жизни людей, которые живут в таком городе.

«Экологические НГО — наши помощники»

— Как вы относитесь к экологическим НГО? Каков их вклад в охрану природы Беларуси?

— Я прекрасно к ним отношусь: это наши помощники, которые продвигают в жизнь многие вещи, сформированные на государственном уровне. Буду рада, если в Беларуси будет больше общественных организаций, которые занимаются вопросами сохранения биоразнообразия. Таких, как АПБ.

— Достаточно ли их в Беларуси?

— Я считаю, что нет, и хотела бы призвать людей создавать НГО на местном уровне и занимать свои ниши, работать локально. Это на самом деле важно. Чем больше таких организаций, тем больше полезных проектов и акций будет в Беларуси.

«В моей практике не было вопросов, которые мы не решили»

— Какой была ваша реакция, когда вам предложили возглавить управление по сохранению ландшафтного и биологического разнообразия?

— Я не испугалась. Более того, это была моя инициатива. Тогда существовала специализированная инспекция. Спасибо Леонтию Ивановичу Хоружику, который поверил в меня и поддержал. Это решение имеет основу: после работы в комитете рыбоохраны я перешла в министерство, и при моём участии была разработана законодательная база в области животного мира. Это то, во что я была полностью погружена. И когда встал вопрос: руководить юридическим управлением или управлением, которое занимается вопросами биоразнообразия, — решила, что второе. По темпераменту я человек творческий, эта должность была мне ближе.

— В чём сложности вашей работы?

— Сложно, когда тебя не понимают. Когда искренне веришь, что прав и что этому есть доказательства, но на деле сталкиваешься со стеной непонимания. И такие барьеры — самое страшное в нашей работе.

— Откуда черпаете силы?

— Люблю наслаждаться природой: это помогает. Лучший отдых для меня — в тишине погулять по лесу, посмотреть на озеро. Если при этом удастся увидеть какое-нибудь животное — это счастье. Поэтому в кабинете висит много пейзажей. В любых ситуациях не сдаюсь. Если вопрос не решается — откладываю его в сторону. Но не забываю. В моей практике не было вопросов, которые не удалось решить. Просто не всегда так быстро и беспрепятственно, как того хочется.

— Каким образом вы, как руководитель, мотивируете своих сотрудников в тяжёлые моменты?

— На самом деле это сотрудники мотивируют меня. Моя команда — это трудолюбивые и исполнительные люди, которые любят природу и выкладываются на работе полностью. Когда мы чего-то достигаем вместе, я вижу в их глазах огонек. Стараемся привносить в работу и творчество. Несколько лет назад в Ботаническом саду проводили благотворительный вечер, посвящённый сохранению венериного башмачка. Ботанический сад выставил на аукцион растения, дизайнер подготовила коллекцию платьев на природную тематику и организовала показ. Собранные деньги пошли на сохранение этого редкого растения из Красной книги. Акцию ещё долго вспоминали, резонанс был даже за границей. Хотим повторить что-нибудь похожее.

«Природа останется в надёжных руках наших детей»

— Дети сейчас больше интересуются виртуальным миром. Не потеряем ли мы будущее поколение природоохранников?

— Я горжусь нашей молодёжью, она куда умнее нас! В прошлом году в Берлине организовали модель ООН для подростков. Я была наблюдателем, а моя дочь участвовала в работе экологической комиссии. Я поразилась подготовкой детей-участников: они обсуждали вопросы использования природных ресурсов в Антарктиде и изменения климата очень профессионально! Уверена, что природоохранные вопросы останутся в надёжных руках наших детей.

— Вы много путешествуете. В какой стране больше всего понравилось отношение людей к природе?

— Очень понравилась Япония. Там живут люди, которые научились каждый день встречать в ожидании извержений вулканов, наводнений и других катастроф. Они очень устойчиво используют природные ресурсы. Ещё меня впечатлил пример, как люди планируют своё пространство. Представьте: Колумбия, дорога, посреди — огромное дерево. И никому не пришла мысль срубить его. Дорогу раздвоили: и машины ездят, и дерево растёт. Очень важно уметь видеть разные решения ситуации. Мы же в большинстве своём работаем по готовой схеме. И часто меня это расстраивает.

— Сколько лет должно пройти, чтобы жители Беларуси пришли к такому взгляду на вещи?

— Сейчас подрастает новое поколение. Молодые люди много путешествуют, у них есть интернет, доступ к любой информации. Думаю, они уже будут смотреть на вещи по-другому.

 

Беседовала Виктория Терешонок, фото из архива Натальи Минченко.

Оригинал интервью можно прочесть здесь.

ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 06.01.2016

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.

  • Живёт в белорусском полесье… То, что делает в Беларуси эта красивая и позитивная женщина, можно оценить может быть с натяжкой, но на хорошо. Однако в Беларуси ещё работы начать, и продолжить. Беларусь входит в число позитивных государств, которые я истинно уважаю. Это Куба, Финляндия, Филиппины, и некоторые другие, и именно на эти государства я рассчитываю. Беларусь, на мой взгляд, использовала, (съела) данный ей ресурс. Поэтому я предлагаю руководству и бизнесу Беларуси открыть двери, и выйти в люди. Там Вы сможете заработать на производстве и продаже пресной воды большие деньги и сделать много добрых дел. С уважением, разработчик экологических программ, Виктор Родин.
  • Ассоциация детей и молодежи
  • Багна
  • Белорусская Антиядерная Кампания
  • Беларускі камітэт Дзеці Чарнобыля
  • Выратуем прыпяцкіе дубровы
  • Экадом
  • Городской лесничий
  • Дзіцячыя экалагічныя майстэрні
  • Мінскае роварная таварыства
  • Неруш
  • Велогродно
  • Живое партнерство
  • За чистую Припять
  • Время Земли