Перейти к основному содержанию
09.06.2022 / 11:06

С начала войны появилось почти полтора десятка инициатив, ослабляющих российское природоохранное законодательство. Меры принимают в рамках «антисанкционного» пакета законов, призванного спасти экономику. Независимые экологи заявляют об угрозе экологической катастрофы в ближайшие годы.

Александр Рюмин / ТАСС
Александр Рюмин / ТАСС

 

Упростить собирательство

За три месяца войны экологическое регулирование претерпело невиданные ранее изменения.  Депутаты внесли 4 законопроекта, Минприроды внесло поправки к Водному кодексу, один приказ опубликовала Главгосэкспертиза, с предложениями по изменению законодательства выступило даже Минобороны. 

Руководитель отдела экологии ОНФ Александр Коган предложил запретить россиянам и любым общественным организациям инициировать и проводить общественную экологическую экспертизу. Теперь это смогут делать только органы власти.

Все тот же Коган и его коллега единорос Бекхан Агаев 29 апреля предложили изменить закон об отходах. Составители поправок предлагают развивать сжигание отходов по всей стране. В Greenpeace считают, что это может полностью уничтожить раздельный сбор отходов, который в России и так развивается медленно.

Главгосэкспертиза приказом от 11 марта отменила обязательную экспертизу для получения разрешения на строительство в том числе экологически опасных объектов. Подготовительные работы, как и само строительство теперь можно начать по усмотрению инвестора или застройщика без наличия положительного заключения ГЭЭ.

Проект поправки Минприроды к Водному кодексу предлагает отменить  запрет на сброс сточных и дренажных вод во втором и третьем поясах зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, если содержание опасных веществ в них не превышает нормативов.

Для спасения автопрома 12 мая правительство разрешило заводам выпускать автомобили, производящие в три раза больше угарного газа, чем можно было по действовавшему прежде стандарту «Евро-5».  Концерны уже собрали несколько тысяч таких машин, говорят источники «Коммерсанта». Необходимость отката требований до уровня 1990-х годов возникла на фоне приостановки поставок электронных блоков управления.

Об экологии заговорили даже в Минобороны. В мае ведомство предложило правительству позволить ему до конца 2022 года рубить лес на любых землях лесного фонда без каких-либо обязательств и разрешительных документов. Все, что должно сделать министерство, ― уведомить органы управления лесами в течение 30 дней о том, что рубки уже были проведены. 

Депутаты Госдумы тоже выступают за массовые рубки: законопроект «О внесении изменений Лесного кодекса РФ в части предупреждения распространения лесных пожаров» предлагает бороться  с огнем вырубкой леса.

Новые законы вынудили сдвинуть сроки федерального проекта «Чистый воздух», принятого в 2019 году. Проект предполагал снижение уровня загрязнения атмосферного воздуха в 12 городах, в том числе снижение выбросов не менее чем на 20%, а к 2030 году — в два раза. 

Однако в конце марта Министерство природных ресурсов передвинуло срок реализации первого этапа проекта до 31 декабря 2026 года.

Деэкологизация едва ли спасает экономику, считает иркутский политолог и защитник Байкала Сергей Беспалов. 

«Мы в санкциях, у нас очень мало ресурсов, которыми можно торговать. Поэтому экология, как естественный ограничитель, не очень выгодна властям. Поэтому они пытаются всячески упростить себе собирательство природных ресурсов, которые можно было бы продавать», — говорит Беспалов.

.

«Мы переживаем катастрофу»

Байкальские экоактивисты одними из первых ощутили тяжесть нововведений.  В начале мая в России вступил в силу закон «О внесении изменений в Градостроительный кодекс РФ и отдельные законодательные акты РФ». Документ упрощает экологические процедуры при возведении инфраструктуры железных дорог, в том числе вблизи Байкала — там, где раньше это было запрещено. Цель — расширить Транссиб в «узких местах». По нему Россия увеличит экспорт угля, леса, минеральных удобрений и других товаров на Восток. Западные рынки закрыты из-за санкций. 

Новая масштабная стройка вблизи заповедника может создать множество негативных последствий: от вырубки леса до попадания в почву масел и топлива. А повышенный трафик составов увеличивает риск разлива химикатов, экспортируемых в условный Китай, считает Сергей Беспалов. 

«Строительство на Байкале — это обязательно новые котлованы, отводы земли, полосы отчуждения ЖД-дорог, строительная техника — это все не пойдет на пользу экосистеме», — говорит Беспалов. 

Кроме того, активисты опасаются, что под видом железнодорожной инфраструктуры вдоль озера начнут строить турбазы и коттеджи. Массовый туризм — сегодня едва ли не главный «загрязнитель» Байкала. Тысячи туробъектов стали появляться здесь с конца 2020 года, когда правительство ослабило перечень недопустимых видов деятельности на озере.

«Экосистема озера не справляется с нынешними загрязнениями. Вымирают типичные для Байкала виды, размножаются нетипичные водоросли. Виной тому — застройка и турпоток. Вода заражается кишечной палочкой, становится непригодна для питья и даже для купания. Мы переживаем катастрофу», — сетует защитник Байкала эколог Виталий Рябцев. 

 

Преследования активистов

Последствия масштабных послаблений можно будет увидеть довольно скоро, и это может вызвать массовые протесты граждан,  как это было в Шиесе, считает бывший замглавы Росприроднадзора Олег Митволь. Поэтому против экологов развернулась война. 

«Чиновники, судя по всему, не собираются прислушиваться к экологам. Быть активистом становится все сложнее и опаснее. В условиях войны криминализирована любая критика власти — даже конструктивная. Есть основания полагать, что репрессии усилятся», — считает Митволь. 

В середине апреля российское экологическое общество (объединяет экологов, представителей бизнеса и органов власти) попросило Минюст признать Greenpeace и WWF иноагентами. 

В письме к Минюсту руководитель РЭО Рашид Исмаилов указывает, что зарубежные НПО WWF и Greenpeace совершают «недружественные» действия в отношении государственной экологической политики.

В конце мая на активиста из Коми Ивана Иванова составили протокол за обращение к Путину. Мужчина заявил, что в условиях «спецоперации» невозможно соблюдение экологических прав россиян. 

«Экономика в условиях войны находится под давлением. И экологический активизм воспринимается чуть ли не как предательство. И, однозначно, первое, на чtм начнут экономить, — это охрана природы. Это отбросит нашу страну назад», — говорит Иванов

В марте была задержана активистка НКО «Друзья Балтики», после этого экологическую организацию внесли в список иноагентов.

Эколог и правозащитник Виталий Серветник из Российского социально-экологического союза поясняет, что большинство независимых экологов с самого начала выступали против войны, это и стало отправной точкой для усиления репрессий.

«У нас около 20 кейсов преследований экологов за антивоенные действия. Экологи совершенно точно понимают, что война — это катастрофа и гуманитарная, и экологическая. Поэтому я не знаю экологов, которые бы оправдывали военные действия», — говорит Серветник.

Источник:
Листайте дальше, чтобы прочитать следующую новость