Ирина Сухий: Нас все касается – от вырубки деревьев до открытия АЭС

Седьмого ноября в Беларуси была официально запущена Островецкая атомная станция. Ну как запущена? Лукашенко дал команду, что-то там заработало, сколько-то энергии выработалось, а после что-то пошло не так. И уже 10 ноября инфоцентр АЭС официально подтвердил, что выработка электричества на станции приостановлена.

17.11.2020 Грамадства Аўтар: Янина Мельникова Фота: Денис Зеленко

Причем первая информация о том, что турбина остановлена и первый блок БелАЭС перестал вырабатывать мощность, появилась еще вечером 8 ноября. То есть практически через сутки после того, как Лукашенко радостно назвал Беларусь «ядерной державой».

Все это дало повод Зелёному порталу поговорить с Ириной Сухий, членом совета общественной организации «Экодом» и активисткой Беларусской Антиядерной Кампании (БАЯК), которая неоднократно заявляла: БелАЭС – опасное производство, строительство которого в нашей стране было ошибкой госполитики Лукашенко.

- Ирина, для начала давайте разберемся, станция сегодня работает или все же нет?

- Насколько мне известно, пар из градирни не идет, значит реактор сейчас не работает. И это очень хорошо. Эта странная показуха с запуском АЭС – всего лишь подготовительные пуско-наладочные работы, которые начались седьмого августа с загрузки ядерного топлива. Седьмого ноября Лукашенко приехал, станция выдала какую-то минимальную мощность, но смогла это делать меньше суток – сгорели трансформаторы.

Но это все еще не был запуск АЭС. Так делают со всеми станциями: пытаются запустить мощность, смотрят, вдруг что-то пойдет не так, и вот оно пошло не так. По неподтвержденным свидетельствам местных жителей, которые работают на строительстве второго реактора, трансформаторы – это заметное событие, но кроме них были и другие проблемы. Но Госатомнадзор говорит, что им такие факты неизвестны.

- Если были проблемы, почему Лукашенко так спешил с открытием?

- Бывший президент любит ледовые дворцы, Национальные библиотеки и другие грандиозные проекты. Атомная станция – один из них. Он гордо сказал, что мы теперь – ядерная держава, хотя ядерная держава означает, что у нас теперь есть ядерное оружие. Не хватало еще неуравновешенному бывшему президенту дать в руки ядерное оружие!

Нет, мы – не ядерная держава, а лишь пытаемся стать пользователями ядерной энергетики.

Думаю, что сейчас Лукашенко спешил с АЭС еще и для того, чтобы показать стране свою состоятельность и что все идет по плану. Такими символическими жестами он хотел закрепить свою позицию. Но вышло просто смешно. Мы смеялись, что она заколдованная и наши проклятья работают.

- Экологи неоднократно предупреждали, что строительство станции было не беспроблемным, реактор и роняли, и заменяли, и царапали, были вопросы по документации, по стресс-тестам. Испытываете ли вы легкое чувство злорадства: мы же говорили!

- Мы же говорили! И это не легкое злорадство. И слава Богу, что сейчас можно позлорадствовать, потому что авария была не связана с выбросом радиоактивных веществ, никто не пострадал. И хорошо, что это случилось с электрическим оборудованием, а не ядерным реактором.

Может это звоночек Госатомнадзору и другим контролирующим органам отнестись к запуску станции ответственно, не поддаваться давлению властей, не выполнять преступных приказов. Госатомнадзор должен быть совершенно независимым контролирующим органом, четко следующим прописанным положениям.

- А что сейчас происходит с документацией, необходимой для запуска АЭС?

- Лицензия на БелАЭС еще не выдана. В законе четко написано, какие документы должны быть готовы к этому этапу. Но перед загрузкой ядерного топлива законодательство переписали. Сегодня мы не знаем, какие документы готовы, какие  нет. Перед выдачей лицензии должны пройти общественные слушания. Это довольно формальная процедура, но тогда нам будут доступны все документы, и мы сможем хоть как-то реагировать.

Когда мы запрашивали вероятностную оценку рисков строительства АЭС, она должна была быть готова еще до начала строительства, нам ее просто не дали. Сказали, что на ней стоит гриф «для служебного пользования». Есть подозрение, что ее не делали и, похоже, не сделали до сих пор.

Ну, куда мы несемся? У нас ни у кого не выключили свет, все нормально работает, электричества хватает. В условиях пандемии и политического кризиса нет никакого роста производства, а значит и роста потребления электроэнергии.

Почему мы хотим усугубить ситуацию возможной аварией на атомной станции? Это, конечно, будет концом Лукашенко, но я не очень хотела бы, чтобы это случилось через такое событие.

- Тем не менее, Лукашенко заявляет, что атомка – это радость и счастье, и нам нужна вторая.

- Ой все, хочется сказать! Он сейчас может заявлять все, что угодно. Уже не в его власти принимать такие решения. Надеюсь, новое правительство, которое появится у нас в обозримом будущем, очень быстро все это остановит.

- Перед новым правительством будет стоять непростая задача, если к тому моменту, когда оно придет к власти, АЭС будет запущена в полном объеме. Чего ожидают экологи от нового правительства?

- Проведения серьезного экономического и технологического анализа атомной станции и последствий ее работы, просчета всех аспектов. К примеру, если она уже работает, сколько будет стоит ее закрытие, на сколько эти потери сравнимы с той прибылью, которую она принесет. И принесет ли она ту прибыль, про которое нам рассказывало предыдущее правительство, или это только неоправданные риски? Не дай Бог, случится авария из-за плохого качества строительства или просчета персонала, любая прибыль исчезнет.

Мы не предлагаем делать это бездумно. Да, экологи не любят атомные станции, и все думают, что мы против прогресса. Но нет, давайте разберемся, возможно, если исправить все недочеты и выполнить все рекомендации МАГАТЭ, например.

Может это потребует таких дополнительных инвестиций, что вся прибыль исчезнет. А если еще всерьез посчитать, во что нам обойдет хранение отработанного ядерного топлива… По нашим предположительным расчетам, никакой прибыли не будет.

- Если окажется, что БелАЭС все-таки будет выгодна стране, экологи примут это?

- Я не верю в то, что это может быть выгодно. Но если каким-то неожиданным образом так получится, то почему нет? У нас же есть у всех мозг? Если прошлое правительство принимало кучу решений, на которые ты смотришь и понимаешь, что мозг тут никто не включал, то если будут совершены все необходимые действия безопасности АЭС, и мы будем уверены, что какое-то время эта атомка сможет нормально проработать, принеся пользу, а не вред, то почему нет?

На самом деле, мы же совместно с Немецким аэрокосмическим агентством делали «Сценарий энергетической (р)эволюции», в одном из которых рассматривали вариант перехода Беларуси на возобновляемые источники энергии к 2050 году. Тогда, понимая, что запуск АЭС практически неизбежен, мы попросили экспертов включить эту опцию в расчет сценария. Вышло, что если БелАЭС запустится в 2020 году и закроется в 2040 году, то все равно мы сможем перейти на ВИЭ. И это будет дешевле, чем увеличивать количество атомных станций в стране, увеличивать количество потребления газа и др.

- Говоря об участии общественности в обсуждении темы строительства и запуска АЭС, нельзя не отметить, что общественность до августа 2020 года и после выборов – это две разные общественности. Сейчас, глядя на то, как развивается гражданское общество, у вас есть надежда, что в Новой Беларуси люди будут более интересоваться своими экологическими правами?

- Да, раньше люди с одной стороны не включались в эти проблемы, с другой – их туда не включали. В прошлом году был популярен термин «выученная беспомощность».

Уверена, сейчас у всех ощущение, что нас все касается, что это наше дело, решать любые вопросы: от вырубки-посадки деревьев в нашем дворе  до открытия-закрытия атомной станции. Нет ощущения того, что это не наше дело, и мы ни на что не можем повлиять.

Мы можем, не просто можем, а должны влиять и принимать решение, какой быть Беларуси.

- Какие три проблемы будут в приоритете у экологов в Новой Беларуси?

- Три проблемы – это маловато. Безусловно, АЭС – это первое, с чем нужно будет разобраться. А также с целым рядом других вредных производств. Нужно будет посмотреть, что можно сделать, чтобы перестать травить свой собственный народ. Будь то техническая модернизация или даже закрытие.  Это в приоритете.

 Но также и для меня, и для всего экологического сообщества Беларуси, важно, как будет развиваться наша экономика. В ЕС сейчас происходит перезапуск экономики, они приняли политику Green Deal. Они занимаются перестановкой своей экономики на другие рельсы, с учетом всех экологических последствий, в том числе для изменения климата. Если Беларусь не будет учитывать этого, то мы потеряем возможность экономического сотрудничества с ЕС.

Раз уж мы будем перезапускать страну, нам также важно перезапустить экономику в новом зеленом формате. У нас есть возможность это все учесть.

Ну и, конечно же, хочется, чтобы наше Министерство окружающей среды вернуло на работу профессионалов. В последние годы у нас каждый следующий министр был менее компетентным, чем предыдущий. Минприроды потеряло хороших специалистов, а хотелось бы, чтобы в нашей стране было сильное министерство, которое занимается вопросами окружающей среды.

 


ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 17.11.2020

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.