Перейти к основному содержанию
17.08.2022 / 08:08

Японская модель энергосбережения для Европы.

Фото REUTERS/Issei Kato
Фото REUTERS/Issei Kato

Министры энергетики ЕС одобрили предложение для стран-членов добровольно сократить потребление газа на 15% с августа по март по причине неопределенных поставок из России из-за войны в Украине.

В то время как Европа готовится к отключению российского газа, энергетический кризис Японии, произошедший десять лет назад, может стать хорошим примером и подсказать способы экономии домашним хозяйствам и бизнесам — например, приглушать освещение и подниматься по лестнице пешком.

Энергосбережение, или «сэтсудэн», стало национальным проектом Японии после землетрясения и цунами, произошедших в марте 2011 года и вызвавших аварию на атомной электростанции «Фукусима».

В последующие недели и месяцы торговые центры отключили эскалаторы, фабрики сократили время работы сборочных конвейеров, а заведения с игровыми автоматами пачинко, известные своими мигающими огнями и шумными машинами, были временно закрыты.

Отношение многих японцев к произошедшему было примерно таким: «Нам нужно что-то делать, иначе произойдет катастрофа», — вспоминает Коичиро Танака из Института экономики энергетики Японии.

Он отметил, что свою роль также сыграло сильное социальное давление — такое же, как и во время пандемии COVID-19, что обеспечило почти полное соблюдение обществом правил ношения масок. Токийская энергетическая компания (TEPCO), которая владеет АЭС Фукусима, потеряла около 40% своих мощностей по выработке электроэнергии.

Сразу же после аварии на АЭС произошло первое в истории запланированное отключение электроэнергии. В конечном итоге это привело к перезапуску старых газовых и угольных электростанций.

В мае того же года правительство призвало граждан, предприятия Токио и северной Японии сократить потребление электроэнергии на 15% в час пик летом. Аналогичные меры были приняты в Японии этом году, поскольку тоже решаются проблемы сокращения поставок энергии.

 

Отключаем кондиционеры

После катастрофы, произошедшей в 2011 году, большинство японских компаний перешли в режим жесткой экономии, выключив некоторые виды освещения и остановив лифты. Министерство окружающей среды стремилось довести объемы экономии до 25% с помощью таких шагов, как отключение более половины принтеров в час пик, и просило работников приносить свои холодные напитки, чтобы отключать торговые автоматы.

Профессиональные бейсбольные и футбольные команды приостановили ночные игры и перенесли матчи на послеобеденное время, чтобы снизить потребность в освещении. Менеджеры на рабочих местах стали отключать кондиционеры, призвали сотрудников принять участие в правительственной кампании «Cool Biz» и носить более легкую одежду летом.

Автопроизводитель Nissan Motor Co. изменил время работы завода, чтобы уменьшить нагрузку на электросеть в час пик, а сеть магазинов Lawson Inc. перешла на светодиодные лампочки и установила солнечные батареи во многих своих магазинах.

Общество было настроено против ядерной энергетики. К концу 2013 года Япония отключила все 54 ядерных реактора, которые обеспечивали около четверти электроэнергии страны, хотя некоторые из этих реакторов позже были перезапущены.

Чтобы компенсировать недостающую энергию, Япония стала использовать ископаемые виды топлива, такие как сжиженный природный газ (СПГ), уголь и нефть. Объем импорта СПГ из Катара резко вырос после катастрофы, увеличившись более чем вдвое до 15,66 млн. тонн в 2012 году по сравнению 2010 годом. 

Рост импорта энергоресурсов стал одним из факторов, повлиявший на торговый дефицит Японии в 2011 году. Экономика погрузилась в рецессию после землетрясения и нехватки энергии, задушив начавшееся восстановление после мирового финансового кризиса.

Валовой внутренний продукт упал на 0,9 процента за квартал во время аварии и оставался неизменным на протяжении всего 2011 года. Из-за различий в стандартах электрического напряжения в восточной и западной частях страны даже разделение нагрузки внутри Японии было затруднительным.

«Поскольку европейцы связаны электросетями, у них все еще может быть ощущение, что еще есть последняя надежда, — сказал Коичиро Танака. — Здесь, в Японии, у нас нет такой роскоши. Здесь только мы». 

 

Оригинал статьи здесь
Автор:
Листайте дальше, чтобы прочитать следующую новость