Сажайте деревья, а не журналистов

«Все наши пессимистичные прогнозы оказались слишком оптимистичными для сегодняшней ситуации». Эксперты посчитали, насколько выгоден Беларуси запуск АЭС

Эксперты Беларусской антиядерной кампании (БАЯК) представили промежуточные итоги расследования экономики запуска Белорусской АЭС.

25.04.2020 Грамадства Аўтар: Янина Мельникова Фота: БелаПАН

Запуск первого энергоблока Островецкой АЭС запланирован уже на этот год. Безопасность, равно как и экономика запуска станции, так и не стали предметом общественного дискурса. Тем не менее, некоторые беларусские эксперты настаивают, что понимание и первого, и второго критически важно для будущего Беларуси.

Так Беларусская антиядерная общественная кампания, включающая НГО, политпартии, экспертов и активистов, начиная с 2010 года, провела ряд экспертиз экологической и экономической составляющих строительства и запуска Островецкой  АЭС.  

Как и в 2010 году, спустя почти 10 лет эксперты отмечают критический недостаток официальных публичных и актуальных данных о затратах на этот проект, как уже осуществленных, так и предстоящих. Равно как нет в открытом доступе данных о размере тарифов на электроэнергию для беларусских потребителей, которые будут установлены с вводом атомной электрогенерации.

Так и не был открыт для общественности документ под названием «Обоснование инвестирования в строительство атомной электростанции в Республике Беларусь». Кроме того, Беларусь уже официально признала, что не имеет четкого плана того, как и куда будут продаваться излишки энергии.

Эти и другие вопросы легли в основу экспертного расследования, которое провела БАЯК, и которое в конце недели представила общественности координатор кампании, эколог и экономист  Татьяна Новикова.

Резюме промежуточных итогов расследования «Экономика БелАЭС – выгоден ли пуск?» об экономических составляющих проекта БелАЭС в 2020-м году опирается на данные, которые удалось найти экспертам в открытых источниках, и не включают в себя все возможные сопутствующие расходы на запуск и эксплуатацию БелАЭС, такие как, например, рекламные расходы.

Однако эксперты уже сейчас утверждают: «предполагаемые еще в 2009-2010 годах расходы, информация о которых легла в основу принятия решений властями Беларуси о строительстве БелАЭС, были в разы занижены. А теперь, с учетом экономических реалий середины 2020 года – и на порядки».

«В то же время доходная часть, состоящая из предполагаемой выручки от продажи электроэнергии, непропорционально завышена и базируется на устаревших несбывшихся прогнозах о росте потребления внутри страны и возможностях экспорта электроэнергии, которым не суждено сбыться», - говорится в предварительном документе расследования.

 

Что насчитали эксперты?

Согласно кредитному соглашению, заключённому в 2011 году между Россией и Беларусью, Россия обязалась предоставить кредит в 10 млрд USD под строительство БелАЭС.

По условиям кредитного соглашения, погашение начинается через 6 месяцев с даты ввода в эксплуатацию атомной электростанции, но не позднее 1 апреля 2021 года, и осуществляется 30 равными долями каждые 6 месяцев. Беларуси ежедневно, начиная с даты использования каждой суммы кредита, начисляются проценты.

Посчитать точную сумму долговых обязательств сложно без точной информации о датах перечисления частей кредитных средств, которая сегодня непублична, однако, по некоторым оценкам, она может составить до 15 млрд USD.

Сумма затрат подготовительного периода и на инфраструктуру (строительство дорог, инфраструктуры, производственной базы), геолого-разведочные и другие работы, производимые на Островецкой площадке с 2008 по 2009 годы, нуждается в уточнении, но в 2011 году Александр Лукашенко оценил ее в 3 млрд USD.

Стоимость проекта по сооружению ЛЭП для БелАЭС, которое вела «под ключ» китайская энергетическая компания NCPE, а финансирование на 95% осуществлялось за счет кредита «Эксимбанка» Китая, составила 340 млн USD.

Цена  ядерного топлива, поставщиком которого выступает «Росатом», неизвестна, так как отсутствует договор о системе его закупки.

По данным Минэнерго, топливная составляющая в себестоимости производства электрической энергии на АЭС составляет в мире от 12% до 25%.

В стоимость электроэнергии должны войти холодный и горячий резерв, необходимый для покрытия спроса на электроэнергию во время плановых ремонтов энергоблоков.

БелАЭС должна иметь в сумме 2400 Мвт горячего и холодного резерва. Березовская ГРЭС и Лукомльская ГРЭС могут выполнять такую функцию, однако существующих мощностей сейчас недостаточно. Кроме того, неясна топливная составляющая бэкапа.

По данным российских производителей, стоимость 1 кВт установленной мощности современных газовых ТЭС может составлять около 600 USD. Если предположить, что для резерва понадобится строительство хотя бы 1200 Мвт установленной мощности, а вторая часть придется на уже имеющиеся, то стоимость только строительства без топливной составляющей, которую сейчас определить трудно, сможет составить около 720 млн USD.

В нерешенном состоянии остается и проблема отходов ядерного топлива. Стратегия по обращению с ОЯТ БелАЭС оценивает совокупные затраты на обращение с отработавшим топливом при существующих технологиях в 2,5–3,5 млрд USD за весь период эксплуатации станции. В то же время, по оценкам независимых экспертов, только переработка ОЯТ, без учета транспортировки, промежуточного хранения и захоронения продуктов переработки может составить порядка 3 млрд USD.

Строительство хранилищ временного сухого для ОЯТ и затем для РАО и продуктов переработки может варьироваться, начиная от 1,4 млрд USD, по опыту Украины.

Вывод АЭС из эксплуатации предполагалось  оплачивать из средств, полученных от продажи электроэнергии. Проектировщики планируют, что БелАЭС «доживет» до 60 лет. Как долго продлится процесс закрытия и сколько потребует средств, пока не подсчитали. Для сравнения можно рассматривать другие АЭС, например, Игналинскую АЭС в Литве, вывод из эксплуатации которой, как и структура расходов будут, тем не менее, отличаться от Островецкой АЭС.

По плану АЭС будет закрываться 38 лет силами двух тысяч работников. На этот процесс предусмотрено 3 млрд евро, сопоставимые цифры приводятся и в расчетах по выводу из эксплуатации немецких АЭС. Реальная сумма на вывод из эксплуатации БелАЭС вряд ли будет меньшей.

При этом остаются невыясненными и сложно поддающимися оценке расходы на модернизацию электросети, реструктуризацию и стимуляцию энергопотребления, необходимые для интеграции БелАЭС в энергосистему.

Неизвестные сейчас, но дополнительные и большие статьи расходов могут быть связаны с обращением ОЯТ и промежуточным хранением продуктов переработки ОЯТ и их транспортировки, а также с ликвидациями утечек и аварий на хранилищах, что часто происходит в таких странах, как США и Россия.

Существуют и другие скрытые от общественности статьи, например, «имиджевые» расходы, процедуры в рамках международных обязательств Беларуси, приглашения международной миссии МАГАТЭ, представительские расходы, а также страховые и непредвиденные расходы.

Что касается окупаемости БелАЭС, то доходная часть работы станции должна была состоять из доходов от продажи электроэнергии населению и предприятиям на внутреннем рынке, а также от экспорта.

Возможности экспорта, с учетом того, что соседняя Литва активно бойкотирует БелАЭС и планирует отключение от энергокольца БРЭЛЛ, и ее позицию разделяют страны Балтии и Польша, а Украина и Россия не нуждаются в дополнительном экспорте, единственно уверенным источником дохода в условиях командной экономики может стать только внутренний рынок.

 

Кому нужна наша энергия?

«Данные об экономической эффективности до сих пор скрыты от широкой общественности. Мы не знаем, какой будет доходно-расходная часть, которая будет заложена в тариф. В свое время Академик Михалевич говорил, что в первое десятилетие работы станции тарифы на электроэнергию должны снизиться на 20%, возможно ли это? - задается вопросом Татьяна Новикова. - За счет чего Беларусь собиралась наращивать энергопотребление, где в нашей стране необходима та мощность, которую будет выдавать АЭС после ввода в эксплуатацию?»

«В Украине, например, АЭС строили рядом с производствами тяжелой металлургии, рядом с крупными цементными производствами. Но у нас нет ничего подобного, - продолжает Татьяна Новикова. - Да, у нас много фантазеров в этой области, но давайте будем реалистами: нам такие производства не развернуть. То есть у нас попросту нет такого спроса на энергию».

Экспертка подчеркивает, что для того, чтобы энергопотребление выросло, оно должно вырасти поблизости АЭС.

«Есть ли какая-то подобная инфраструктура в Островецком районе? Промышленность? Крупные молочно-товарные фермы? Нет. То есть энергию нужно будет передавать на большое расстояние. Следовательно, будут большие потери в сети. И это уже ударит по экономике БелАЭС», - говорит Татьяна Новикова.

«Мы до сих пор не знаем, сколько будет стоить АЭС. Но даже если ограничиваться суммой кредита и процентами по ним плюс какой-то суммой на текущие расходы, то стоимость будет в разы больше. И она далека от прогнозов академика Михалевича», - подчеркивает Татьяна Новикова.

 

Сколько будет стоит электроэнергия?

«В своем расследовании мы хотели понять, какова будет стоимость электроэнергии? Реальная стоимость, в которую нужно обязательно включать все расходы, в то время как у нас многие из них просто игнорируются. Тем не менее, в стоимость должны входить и расходы на вывод из эксплуатации станции в будущем, и имиджевые расходы, и т.д. Если все это сложить, цифра окажется очень внушительная», - говорит Татьяна Новикова.

Стоимость киловатт-часа АЭС должна отражать сумму реальных затрат на реализацию проекта, попробуем максимально полно учесть расходы на реализацию проекта БелАЭС, отмечается в документе БАЯК.

По расчетам экспертов БАЯК, стоимость киловатт-часа БелАЭС, при условии, что станция проработает 45 лет без перебоев и длительных ремонтов на близкой к проектной мощности и сможет выработать 800 млрд кВт-ч, составит 0,07 доллара.

Однако эта цифра была бы верна, если бы оба энергоблока БелАЭС были бы введены в эксплуатацию в 2020-м году, чего уже не произошло.

«В лучшем случае с учетом уже имеющихся задержек и растущих неопределенностей, стоимость киловатт-час может вырасти до 20 американских центов, и станет еще выше, если срок эксплуатации станции сократится до 20-25 лет (50 центов)», - отмечается в документе.

 

Станет ли Беларусь энергонезависимой страной?

Энергонезависимость, о которой так много говорилось на первых этапах строительства БелАЭС – идея не новая. С проблемами зависимости от других стран, в частности от России, сталкивались и страны ЕС. Например с Германия, которая стала уходить от газовой зависимости от России, но выбрала для этого иной путь – производство возобновляемой энергии (ВИЭ).

«Это более эффективно, дешево и локализовано. Эту энергию не нужно передавать на большие расстояния», - отмечает экспертка БАЯК.

«Мы видим, какая сейчас нестабильная финансовая и экономическая ситуация в мире. С учетом того, что произошла пандемия и упали цены на нефть, все наши пессимистичные прогнозы оказались слишком оптимистичными для сегодняшней ситуации», - говорит координатор БАЯК. - Даже если представить, что нет никакой пандемии, то за последний год в Беларуси были огромные проблемы с финансами, с ликвидными средствами. Для того чтобы что-то развивать, нужен определенный финансовый климат в стране. Сейчас эта ситуация не просто изменилась, но и добавилась отрицательная цена на нефть. Электромобили – это хорошо, но это должен быть замкнутый цикл, когда автомобили подзаряжаются от ВИЭ».

Современная мировая экономика все еще очень сильно завязана на нефть. Несмотря на то, что сейчас есть и биотопливо, и ВИЭ, нефть диктует свои условия.  Склады уже забиты, но процесс добычи так просто не остановить.

«Экономика упала, мир замер. Эта ситуация по самым оптимистичным прогнозам будет длиться три месяца, по пессимистичным – 1,5 года. И это не только про то, что мы не будем выходить из дома. Кризис будет сказываться на доступности ликвидных средств, на курсах валют и т.д. А беларусские граждане попросту не смогут субсидировать стройку и запуск АЭС. У нас не тот уровень ВВП и доходов», - говорит Татьяна Новикова.

В какой-то степени Беларусь могла бы сэкономить средства, если бы не стала запускать АЭС. Нам не пришлось бы нести расходы за ввоз топлива, не пришлось бы тратиться на строительство второго энергоблока, не пришлось бы думать о расходах на вывод из эксплуатации станции и на строительство могильников. А также можно было бы рассчитывать на отсрочку по кредиту.

«Если мы сейчас все бросим, на все равно нужно будет платить за то, что мы не используем, нужно будет платить по кредитам, но это не уникальная ситуация. Внешний долг – общепринятая мировая практика», - говорит Татьяна Новикова.

В конце концов, Беларусь могла бы продать часть оборудования, уже завезенного и установленного на АЭС. Но рассчитывать на такой исход дела экспертам не приходится. Скорее всего первый энергоблок все-таки запустят. И этот запуск беларусы почувствуют на собственных кошельках.


ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 25.04.2020

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.