Звуковое загрязнение «на сутках». Опера и плей-лист «ябацек» по 16 часов каждый день.

То, что в заключении нет свободы передвижения – далеко не самая большая беда отбывания суток. Да и не самое большое наказание само по себе. Другое дело, если к этому ограничению добавляется звуковой террор.

В Жодинском ИВС во многих камерах день начинается не с кофе и даже не с хамского крика надзирателя. Там день начинается с радио.

Піў-піў-піў... У Беларусі шэсць гадзін.

После этого по камере разносятся вздохи и нецензурщина. Надзиратель на коридоре всё-таки кричит «Подъём!», избирательно барабанит в двери, а в коридоре уже гремит металлическая посуда.

Радио не замолкает: «Беларусь – страна для жизни», «Предприятия показывают устойчивый рост», «Скоро закончится уборочная».

Его приходится перекрикивать, и особенно громкими голоса становятся, когда из радио доносится голос Александра Лукашенко. Его, кстати, называют в эфире президентом и главой страны. Полагаю, это можно считать отдельной формой пыток.

Звуковое загрязнение – большая проблема современных городов, но в условиях мегаполисов с этим можно эффективно бороться: делать хорошую звукоизоляцию помещений, использовать наушники на улице. В конце концов, можно пойти в тихий сквер или вовсе уехать из города.

В тюремной камере бороться со звуковым загрязнением можно тремя способами:

1. Перекрикивать

2. Спать

3. Физически прикрывать радио

Я не знаю, что придумывают мужчины, но в женской камере главным оружием в борьбе с радио становятся прокладки. Прокладками закрываются дырки в решётке, сверху несколькими дополнительными прокладками заклеивается вся поверхность.

По периметру всю эту конструкцию можно закрепить скотчем, которым родственники приклеивали лист с фамилией на сумку с передачей. Полностью звук радио после этих манипуляций не исчезает, но он становится намного тише. Уровень раздражения в камере заметно снижается.

Вскоре из динамика доносится «Любимую не отдают», и вся камера снова злится. Мы пытаемся игнорировать пропагандистские песни, но это очень сложно, даже если они играют тихо.

«Две сестры, Беларусь и Россия...»

Звуковое загрязнение ухудшает психическое состояние людей и во вполне благополучных условиях. Оно повышает раздражительность, снижает способность концентрироваться, повышает общий уровень стресса и, как результат, снижает иммунитет. Что же говорить о тюрьме, где стресс и так зашкаливает, нет фруктов и овощей, 24 часа в сутки в камере горит свет, а надзиратели не упускают ни единой возможности унизить или оскорбить.

В таких условиях шумовое загрязнение – заявка на победу. В смысле, на то, чтобы стать последней каплей и поводом для нервного срыва.

Выключить радио нельзя, попросить выключить радио нельзя, просить вообще ничего нельзя. Можно молчать и слушать. Гимн Беларуси, пропаганда в новостях, шансон и псевдопатриотические песни. А в Могилёвском ИВС ещё и опера. Очень много оперы.

Правда, после того, как одна из сокамерниц разрисовала под оперу стену, нам всё-таки подсказали, как можно выключить в этом радио звук. Так настала священная тишина.

И только поздно вечером люди из соседней камеры постучали в стену: «Тук-тук, тук-тук-тук». «Жыве Беларусь», - стучим мы в ответ. И этот шум точно не загрязняет окружающую среду.


ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 27.11.2020

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.