Аренда лесов и озёр в Беларуси: ограничен ли туда доступ граждан?

Пруд, который арендатор обнёс забором, — подобное явление встречается в Беларуси уже повсеместно. Однако правомерно ли, когда ограничивают доступ к природным ресурсам всем остальным гражданам, кто вправе это делать, и можно ли прикупить себе кусочек леса? О ситуации с куплей-продажей лесных и водных богатств нашей страны рассказали эксперты на круглом столе «Аренда лесов и водоёмов: состояние и перспективы» в Минске.

02.10.2015 Грамадства Аўтар: Анна Волынец Фота: Анна Волынец, открытые интернет-источники

Доступ к лесу ограничить могут, но не арендаторы

Лес в аренду в Беларуси вообще не сдают, и по Конституции он принадлежит государству. Арендовать можно лишь конкретный вид лесопользования, уточняет Виктор Звертовский, консультант управления лесного хозяйства Министерства лесного хозяйства.

Арендуемые участки леса нельзя оградить или не дать там собирать ягоды и грибы — так написано в Лесном кодексе (в статье 42 речь идёт о свободном доступе в лес). Но, например, во время валки находиться там не рекомендуется: это может быть небезопасно. Не считаются и запреты в связи с пожароопасной ситуацией — они правомерны.

Сейчас 2,2 млн га арендуется для заготовки древесины, 56 тысяч га — для культурно-оздоровительных целей. Аренды же для побочного лесопользования и сбора второстепенных лесных ресурсов не зафиксировано.

О появлении вещного права на лес (фактически — безраздельного управления), по словам Виктора, в Беларуси уже речь не идёт. Раньше эту идею обсуждали (есть упоминание в Концепции устойчивого развития лесного хозяйства Республики Беларусь до 2015 года), но Виктор пояснил, что это было скорее при рассмотрении опыта других стран.

В проекте нового Лесного кодекса также не предполагается расширения прав частной собственности на лес.

Главное — не нарушать правила охоты

Ограничения существуют в отношении охотничьих угодий, но они невелики и относятся больше к нюансам в правилах охоты:

«Есть оговорки о том, что является охотой. И из них следует, законная она или незаконная, — поясняет Владимир Козловский, начальник отдела Беларусского общества охотников и рыболовов. — Например, присутствие с охотничьей собакой без поводка может приравниваться к охоте». Но это в случае, если пёс именно охотничьей породы.

Забор вокруг озера — это неправомерно

Каждый имеет право прийти на озеро или реку без чьего-либо разрешения, по словам экспертов. Но, тем не менее, встречаются люди, препятствующие этому. Об одной жалобе рассказала Ольга Захарова, руководитель Орхусского центра в Беларуси.

Около 4 лет тому назад под Минском человек, взявший в аренду озеро, оградил его и пускал купаться местных за плату порядка 5000 рублей за вход. Такие действия неправомерны: «Это называется злоупотребление правом», — говорит Ольга.

Подобные случаи упоминала во время летнего университета в БГУ и Виктория Лизгаро, кандидат юридических наук и доцент кафедры экологического и аграрного права БГУ.

Так, арендаторы делают порой ограждение после зарыбления пруда, «чтобы ограничить купание», по словам Ольги Борейши, главного специалиста отдела рыболовного хозяйства и индустриального рыбоводства ГУ «Белводхоз» Министерства сельского хозяйства и продовольствия РБ. Но не всегда это правомерно.

Если пруд всё же надо на время избавить от людей, Ольга рекомендует организовать встречу и поговорить с ними: «Арендатор может пойти на компромисс с населением. Сказать о том, что было проведено зарыбление, и для максимального воспроизводства рыбных ресурсов убедительная просьба не ловить рыбу и т.д. Арендатор также вправе обратиться в местные органы власти для установления запрета», — говорит она.

Участие местных сообществ: подписались, «потому что сосед попросил», или компетентны в вопросе?

Дискуссию среди гостей круглого стола вызвал вопрос о том, должны ли местные жители участвовать в принятии решений о сдаче водоёмов в аренду.

Ольга Захарова считает, что «решения принимаются представителями государства, которое формирует бюджет за счёт налогоплательщиков. Люди должны знать, какие решения принимаются за их деньги». «Решения местных органов публикуются, но жёсткого требования это делать, особенно в природоохранной части, нет», — добавляет она.

И в этом, с точки зрения Орхусской конвенции, есть пробел в законодательстве: здесь применимы статьи 7 и 8 соглашения, согласно которым общественность может участвовать в подготовке документов и планов, которые впоследствии могут оказать воздействие на окружающую среду. Но уже существует законопроект, призванный исправить ситуацию.

А если люди хотят участвовать в принятии решений о выдаче в аренду, то могут инициировать такие изменения в законодательстве, уверена Ольга Захарова. В том, что горожане бывают компетентны, она не сомневается, хоть и не утверждает, что это всегда так. Из практики работы Орхусского центра видно, что решения при участии граждан получаются более взвешенными.

Владимир Козловский из БООР напомнил, что в принятии решений местные жители всё же участвуют, хотя и опосредованно — через выбранных ими местных депутатов.

В отношении прямого участия граждан скептически настроена Ольга Борейша. По её словам, случается, что граждане подписываются против аренды кем-либо пруда, а при личном контакте оказывается, что подписались, «потому что сосед попросил».

Так есть ли в Беларуси проблемы с доступом к природным ресурсам? Несмотря на предупреждения о потенциальном его ограничении, руководитель Орхусского центра в Беларуси Ольга Захарова суммирует: «По своему опыту я не сказала бы, что это большая проблема».

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Эксперт «Гринпис»: «Лесной кодекс Беларуси в новой редакции станет первым шагом к хаосу и упадку»

Новый Лесной кодекс поставит леса Беларуси под угрозу уничтожения


ІНШЫЯ НАВІНЫ РУБРЫКІ

Падзяліцца: 02.10.2015

Перадрук матэрыялаў магчымы пры абавязковай наяўнасці зваротнай і актыўнай гіперспасылкі.