Перейти к основному содержанию
04.10.2021 / 09:10

В издательстве «Альпина Паблишер» вышла книга экономистки Майи Гёпель «Мир после нас: Как не дать планете погибнуть».

В своей работе ученая касается основных аспектов «глобального экологического и социального кризиса» начала XXI века: сверхпотребления, пропасти между богатыми и бедными, климатических изменений и других проблем. Как она пишет в предисловии, «если мы хотим справиться с этим кризисом, нам необходимо понять правила, по которым мы построили свою экономическую систему». Публикуем фрагмент из главы, посвященной мировому неравенству и необходимости перераспределения богатств.

Несколько лет назад специалисту по устойчивому туризму Стефану Гёсслингу пришла в голову мысль изучить, как знаменитости пользуются воздушным транспортом. Он хотел выяснить, какую роль играют такие люди в изменении климата. Интересно, что до него никто этим не занимался.

В нашем обществе звездами считаются те, кто, как принято говорить, пробился. Мы смотрим на них снизу вверх, считаем примером для подражания. Это художники, актеры, спортсмены, руководители крупных предприятий или политики, а еще все чаще — те, кто стал известным не благодаря своей работе, но чья работа как раз состоит в том, чтобы быть известным. Этим так называемым инфлюенсерам платят за то, что они воздействуют на общество, рекламируя те или иные торговые марки.

Гёсслинг проанализировал авиаперелеты, совершенные в течение 2017 года десятью такими людьми,

включая основателя Microsoft Билла Гейтса, главу Facebook Марка Цукерберга, певицу Дженнифер Лопес, наследницу сети отелей Пэрис Хилтон, ведущую ток-шоу Опру Уинфри и модельера Карла Лагерфельда. Он нашел на их официальных страницах в соцсетях ту информацию, которая, казалось бы, должна держаться в секрете. Ведь знаменитости сообщают в Twitter, Instagram или Facebook, когда, куда и зачем они отправляются. Некоторые из них формируют таким образом свой имидж. Они демонстрируют определенный стиль жизни, доказывающий, что они супербогаты, из чего можно заключить, что каждый супербогатый человек живет так, как они, — как будто не существует других вариантов того, как можно заработать деньги и что с ними делать.

Только в Instagram, платформе для обмена фотографиями и видеозаписями, на эти 10 знаменитостей подписаны более 170 млн человек, жаждущих приобщиться к их жизни.

«Воспринимать частые перелеты как роскошную социальную норму, формируемую знаменитостями, могут прежде всего молодые люди», — отмечается в исследовании.

Список регулярно летающих возглавляет Билл Гейтс, который в 2017 году провел в воздухе по меньшей мере 350 часов, и так как он чаще всего пользуется частным самолетом, из-за его поездок в атмосферу было выброшено более 1600 т углекислого газа. Пэрис Хилтон и Дженнифер Лопес занимают второе и третье места и тоже редко летают регулярными рейсами: на их долю приходится 1200 и 1000 т углекислого газа соответственно.

 

Какое это имеет отношение к справедливости?

В прошлом можно было легко поверить, что образ жизни богатой части человечества никак не связан с тем, как существуют бедные и нищие люди. Одни были богаты, а другие бедны, и для того, чтобы изменить эту ситуацию, бедняки должны были просто попытаться тоже стать богачами.

Но теперь наука не только знакома с механизмом изменения климата, но еще и дает точные прогнозы о том, насколько повысит среднюю температуру у поверхности Земли определенный объем углекислого газа, выброшенного в атмосферу, и какие именно последствия такое повышение температуры будет иметь для нашей планеты, причем в числовом выражении.

В 2015 году на конференции по изменению климата в Париже почти все государства мира приняли совместное решение не допустить, чтобы глобальная температура выросла более чем на 2 °C по сравнению с доиндустриальным временем. Если потепление не превысит 1,5 °C, то, утверждают ученые, климатические изменения будут менее драматичными, а расходы на преодоление их последствий — не столь высокими.

Подсчеты, сделанные в конце 2017 года, указывали, что мы сможем удержаться в рамках 1,5 °C, если дополнительная эмиссия парниковых газов составит не более 420 Гт. Так как в год в атмосферу попадает до 42 Гт, то на начало 2020 года нам остается менее восьми лет до того момента, когда углеродный бюджет будет полностью израсходован. После этого мы должны будем жить, практически не оказывая влияния на климат, то есть объем производимых нами выбросов не должен превышать тот, который способны поглотить растения и океан. Осталось менее восьми лет на то, чтобы провести, быть может, самую большую экономическую, техническую и социальную перестройку в истории человечества.

Это, мягко говоря, очень, очень сжатые сроки.

В пересчете на душу населения это означает, что для того, чтобы средняя температура на Земле поднялась не больше чем на 1,5 °C, с начала 2020 года от каждого человека в атмосферу может поступить примерно 42 т углекислого газа.

Это возвращает нас к Биллу Гейтсу.

Получается, что человек, который, по сведениям журнала Forbes, обладает состоянием примерно 108 млрд долларов и является одним из трех богатейших людей в мире, за один год израсходовал квоту по выбросам углекислого газа на 38 персон — весь тот объем, что они могли позволить себе произвести за счет отопления, передвижений и потребления без риска превышения порога в 1,5 °C. Один человек. Потратил только на себя. Только на те перелеты, о которых сообщил в социальных сетях. За один год.

В то же время сегодня некоторые люди не расходуют весь свой эмиссионный бюджет, а значит, их долей могут воспользоваться другие. Конечно, разные профессии предполагают разный характер деятельности, а у кого-то родственники живут на другом конце мира. Тут непросто вывести справедливую формулу. Это всегда непросто.

Но явно несправедливо, что почти никто из тех, кто ответственен за экстремальные объемы выбросов, не сомневается в своем праве на подобный образ жизни. А единственным основанием этого права является тот факт, что они располагают достаточными финансовыми средствами, чтобы позволить себе его. Теми самыми средствами, благодаря которым они могут делать все то, что недоступно людям, чью квоту на выбросы они тратят: приспосабливаться к климатическим изменениям, лететь туда, где сейчас все еще хорошо, платить цену, которая все выше, за продукты питания, которых все меньше, и позволять страховым компаниям разрушать свои дома. А если учесть еще те эмиссии, которые произошли по их вине за предыдущие 30–40 лет, когда о климатических изменениях и их причинах уже было известно, то результаты окажутся еще более ошеломительными. Очевидно, что за все время своей жизни эти люди сильно превысили лимит, ежегодно становясь причиной такого же количества выбросов CO2, сколько средний житель Земли создаст примерно к 2050 году.

Вам это кажется справедливым?

Тогда признайте, что зависимость существует.

Как я уже говорила в предыдущих главах, сегодня мы живем в «полном» мире, и мы должны постоянно учитывать ограниченные возможности нашей планеты. Но осознание этих пределов все еще не проникло в наш образ мыслей и не определяет наш образ действий: большинство попыток каким-то образом свернуть на новый путь не увенчались успехом.

Мне кажется, это происходит по очень простой причине: тот, кто признает существование границ, должен признать и то, что права на материальные блага и загрязнение природы также не бесконечны. Если пирог не становится все больше, автоматически возникает вопрос, как его разделить. Если экологическая система создает только определенное количество ресурсов и может принять только определенный объем отходов и вредных газов, автоматически возникает вопрос, кто сколько может потреблять и кто сколько выбрасывать. Проблемы окружающей среды всегда связаны с проблемами распределения, а проблемы распределения — с проблемами справедливости.

Вот несколько аргументов, которые обычно в публичных дискуссиях приводят в ответ на вопросы о справедливости:

Экономический рост обеспечит справедливость.
Более эффективная техника обеспечит справедливость.
Устойчивое потребление обеспечит справедливость.

Но, как мы уже выяснили, все эти аргументы при более пристальном рассмотрении оказываются одной и той же сказкой, в которой пирог умеет расти, и именно поэтому понятно, что перед нами не решающие никаких проблем удобные выдумки из иллюзорной реальности, от которых мы все же не хотим отказаться. Если те, кто рассказывает или рассказывал эти сказки раньше, не имели в виду ничего дурного, то можно предположить, что эти люди ошибаются. Но факт остается фактом: именно из-за этих сказок вопросы о том, как справедливо распределить ресурсы нашей планеты с учетом их ограниченности, не ставятся ребром, а отодвигаются в будущее. Понятно также, что это выгодно той части человечества, которая из эксплуатации ресурсов нашей планеты извлекает больше прибыли, чем другие.

И все равно приходится снова и снова слышать, что экологические цели противоречат социальным.

Как часто мне доводилось принимать участие в панельных дискуссиях, где восклицали об этой «глубоко укорененной несовместимости целей», как будто эти слова приносят облегчение и позволяют и дальше продолжать размышлять о том, как все сложно. Ну еще бы, ведь с этим ничего нельзя сделать. В таких мероприятиях редко бывают представлены по-настоящему бедные страны и люди, для которых экологическая катастрофа является крупнейшим социальным и гуманитарным кризисом. И поэтому разговоры об обездоленных позволяют странам, практикующим сверхпотребление, и дальше представлять свое бездействие как социальную ответственность. Мне кажется, что политики, главы корпораций и даже профсоюзные активисты в начале 2019 года были невероятно благодарны «желтым жилетам» за их демонстрации против повышения налога на топливо, что предусмотрено новой энергетической политикой Германии. Можно сделать вывод, что население страны совершенно не заинтересовано в реализации климатической политики.

А кто-нибудь спрашивал, какую климатическую политику хочет население? И как ее можно объединить с перспективами общественного и научно-технического развития и превратить якобы существующий конфликт социальных и экологических целей в их союз? Где осознание того, что к социальной справедливости надо двигаться и с другой стороны — сверху? Как убедить людей в необходимости колоссальных изменений, которые потребуются для перехода к устойчивой экономике, если нам не могут гарантировать, что эти изменения коснутся всех? Когда французское правительство снижает налог на собственность, уверенность во всеобщности трансформации по меньшей мере ослабевает.

Другими словами, как мы можем разрешить экологические проблемы, если не считаем их социальными?

Источник:
Автор:
Листайте дальше, чтобы прочитать следующую новость