Татьяна Гендель

Власти уже выбрали три возможные площадки для первого в стране хранилища ядерных отходов. Разбираемся, что именно собираются там захоранивать, насколько это безопасно и почему экологи призывают внимательно следить за процессом выбора площадки.

Каждый год жители Евросоюза выбрасывают миллионы тонн еды. По оценкам Европейской комиссии, до 10% пищевых отходов связано с неправильным пониманием маркировки сроков годности. Многие уверены: если на упаковке йогурта указана вчерашняя дата, продукт автоматически становится опасным. Но так ли это на самом деле?

Покупая помаду или дизайнерский худи с пометкой «не тестируется на животных», потребители уверены, что спонсируют гуманность и поддерживают зелёный тренд. На деле они продолжают оплачивать серые зоны международного права и замаскированный гринвошинг.

Ваш оппонент не верит в изменение климата? Считает, что CO₂ не важен, а потепление нам только на пользу? В этой игре вы пройдёте все уровни аргументов – от простых заблуждений до сложных научных противоречий. Кто победит в этом интеллектуальном сражении? Всё зависит от вашей подготовки!

Когда заработал первый беларусский ветряк, мобильные телефоны были редкостью, о климатическом кризисе почти не говорили, а слово «декарбонизация» знали разве что специалисты. И всё же 19 августа 2000 года рядом с небольшой деревней Занарочь в Мядельском районе произошло событие, которое позже назовут началом современной истории беларусской ветроэнергетики.

Может ли яйцо заменить шампунь, а горчица – отмыть голову не хуже привычных магазинных средств? Журналистка «Зелёного портала» решила проверить это на себе и на месяц перейти на «народные» рецепты для мытья головы.

Каждым вторым вдохом житель Беларуси обязан Мировому океану, хотя до ближайшего океанского побережья от границ страны – больше тысячи километров. У республики нет выхода даже к морю, а многие беларусы никогда не видели океан своими глазами. Но он всё равно незримо присутствует в нашей жизни: в воздухе, которым мы дышим, в затяжных дождях за окном и даже в зимних оттепелях.

Люди приходят в движение «Анастасия» за природой, сообществом и более простой жизнью. Но именно эти темы, как предупреждают исследователи, нередко становятся входной точкой в мир конспирологии, псевдонауки и радикальных идеологий.

Что общего между монгольской степью и Чернобыльской зоной? Ответ – лошади Пржевальского, один из самых необычных кейсов спасения вида.

Пока Европа пересаживалась на дизель, в Беларуси троллейбусы просто продолжали ездить. Спустя десятилетия это оказалось не таким уж странным решением.

Автобусы, троллейбусы, электробусы и немного трамваев – кажется так выглядит транспортное будущее Беларуси на ближайшие пять лет. Но вопрос не только в том, на чем будут ездить беларусы, а и в том, насколько этот транспорт соответствует мировым трендам городской мобильности.

В Берлине учёные выращивают томаты и рыбу в замкнутых контейнерных системах, где отходы одного процесса становятся ресурсом для другого.

Если посмотреть на то, как меняется экономика и отношение к ресурсам, может оказаться, что дворник, специалист по сортировке отходов или менеджер по переработке – это вовсе не наказание, а профессии будущего.

В 2025 году «экологичность» стала универсальным словом-пропуском: оно помогает продавать всё – от футболок до кремов и топлива. Проблема в том, что всё чаще за этим стоят не реальные изменения, а красиво упакованная легенда.

Экскурсия по болотам и долине реки Бебжи обернулась для нашей журналистки жёстким разговором о туризме, деньгах и мифе о «нетронутой природе», который всё чаще мешает реальной охране экосистем – в Польше и в Беларуси.

Мины, неразорвавшиеся боеприпасы, новые типы загрязнений от дронов и генераторов, разрушенные экосистемы и риск «слепого восстановления» – война в Украине стала первым вооружённым конфликтом, экологические последствия которого приходится осмыслять практически с нуля. Вопрос сегодня не только в масштабе ущерба, но и в том, какие решения будут приняты после войны – и какой ценой.

До аптечной «виагры», гормональных контрацептивов и разговоров о репродуктивных правах у беларусов уже был целый набор инструментов для управления любовью. Это были растения – вполне реальные, растущие на огородах и по обочинам дорог. И использовали их не только для романтических чар, но и для куда более практичных целей: усиления желания, зачатия, контроля над беременностью и телом.

Журналистка "Зелёного портала" попробовала воду из реки в центре города, увидела, как светлячки становятся индикатором чистоты, а уличные фонари загораются только для прохожих.

В старом доме у Беловежской пущи пахнет дымом и печёной картошкой. За печкой смеётся Кася Пилитовска — авторка книги «Ziemniak» со ста двадцатью рецептами, которые доказывают: картофель — это целая вселенная вкусов.

Германия и Беларусь — две страны, где судьба болот решает судьбу климата. Пока у нас обсуждают, как обводнять деградированные торфяники, немецкие инженеры уже строят экономику будущего на тростнике и камыше.

В Молдове на берегу Днестра из камыша и дерева построили гостевой дом, где экология сочетается с традициями. В Турове, в Беларуси, похожий проект так и не вышел за рамки мечты — его задавили в самом начале.

История Тобиаса Отто — о том, как ненависть к индустриальному мясу привела его к охотничьему билету, медитациям в лесу и четырём килограммам мяса в год.

Святлана перажыла абстрэлы Іранам не адна — разам з ёй былі дзве коткі. І яна ні на хвіліну не вагалася: ратаваць трэба ўсіх. «Калі я выжыву, а з імі нешта здарыцца, я сябе не прабачу», – кажа яна.

Как в английском языке звери превращаются в «парламент», «смущение» и «шалость».

Когда овцы пасутся на солнечных электростанциях, выигрывают все – фермеры, энергетики и экология, но почему об этом до сих пор почти никто не знает?

Отключение электричества, парализовавшее крупные регионы Европы, стало тревожным сигналом: насколько устойчивы наши системы и как быстро мы склонны видеть за сбоем злой умысел?

Война разрушает не только города, но и природу. В Украине появилась школа, где журналистов учат рассказывать об экологических последствиях так, чтобы это услышали все – от читателей до чиновников.

Почему жечь траву не равно улучшать почву, какой вред от сбора первоцветов и чем он опасен для экосистемы, а также как правильно собирать берёзовый сок, чтобы не навредить деревьям? Разбираемся.

Новая кніга Светы Бень і Ліны Хесэ – гэта гісторыя, якая ламае стэрэатыпы пра дзіцячую літаратуру і размаўляе з дарослымі на мове казкі.

Открываешь Instagram – и вот она, идеальная картинка: светлая квартира, деревянные игрушки, одежда из органического хлопка, пастельные оттенки и никаких пластиковых стаканчиков. Это мир «бежевых мам» – тренда, который сочетает материнство, минимализм и идею экологичного образа жизни.